quarta-feira, 3 de novembro de 2010

O Brasil é sério

Assista e leia.

Letras do vídeo:
"Есть такой широко распространенный штамп... ну... широко распространенный в Бразилии... Знаменитый немецкий писатель Стефан Цвейг в сороковые еще годы назвал Бразилию страной будущего. То есть вот он так впечатлился, что сказал, что будущее за ними.
С тех пор прошло много десятилетий, и такие люди саркастически стали говорить, что Бразилия - действительно страна будущего (o país do futuro), только она всегда (sempre) такая. Будущее, которое никогда не настанет.
И так, собственно, и было до последних лет двадцатого века. Бразилия мало отличалась от других латиноамериканских стран. Ее постоянно лихорадили, с одной стороны, перепады от демократии к военным диктатурам и наоборот, попытки осуществления экономических реформ, которые носили достаточно хаотический характер, сменялись периодами, наоборот, восстановления социальной справедливости. И бичом Бразилии, как и многих других латиноамериканских стран, была всегда инфляция высокая, которая иногда доходила до гиперинфляционных порогов жутких, когда там деньги обесценивались на глазах и так далее.
Всё это происходило до девяностых годов двадцатого века, когда уже в демократической Бразилии военные диктатуры там... закончились в конце восьмидесятых, президентом стал очень яркий интеллектуал (brilhante intelectual) и экономический мыслитель Фернанду Энрике Кардозу, который железной рукой (duramente - lit.: com mão de ferro) осуществил экономические реформы. Хотя он всегда был левым мыслителем и критиком там Международного валютного фонда, Вашингтонского консенсуса и прочее, реформы у него были сугубо либеральные, то есть он подавил инфляцию, он запустил нормальным образом рыночные механизмы, сократил монополизацию в экономике - и всё заработало, то есть проблемы инфляции с тех пор в Бразилии нет, а это, по сравнению с ее предыдущей историей, гигантское достижение (grande resultado alcançado).
Ну, как всегда бывает с либеральными реформаторами, его глубоко ненавидело население и до сих пор продолжает считать, что он как бы совсем неправ, и на смену ему в две тысячи втором году пришел президент противоположный, откровенно левых взглядов, Луис Инасиу Лула да Силва, харизматический человек, буквально вот натурально из низов, из рабочего класса, выросший без отца в фавелах там где-то в нищих кварталах и ставший, действительно... сначала он был ярким борцом против диктатуры, потом ярким борцом против неолиберальных реформ. И, как часто бывает, на смену вот либеральному президенту пришел президент, лозунгом которого является социальная справедливость. При этом он не отменил результаты того, что сделал Кардозу, и, несмотря на риторическое противоречие и то, что он всё время клеймит период Кардозу, но на практике политика экономическая Лулы оказалась, к удивлению многих, очень сдержанной, ответственной. Он, правда, реформы не продолжил - то, что предполагалось делать, - но он их и не свернул, то есть там приватизация, скажем, остановилась, но национализации не было.
В результате Бразилия вышла на тот уровень развития, который позволяет рассчитывать, что вот эта страна будущего, вот это будущее наконец начнет наступать.
Кроме всего прочего, поскольку мир изменился (o mundo mudou) за это время очень сильно, и интерес к незападным центрам силы и центрам влияния стал расти, оказалось, что Бразилия - это политически очень важный элемент в мировой картине.
В частности, когда изобрели понятие БРИК, а это, в общем, чисто искусственно было сделано, компания "Голдман Сакс" с целью привлечь клиентов своих к развивающимся рынкам вот изобрела такое понятие БРИК, быстро растущие страны, Бразилия, Россия, Индия, Китай, которые будут лидерами середины XXI века. Чисто инструментальная была идея. Но удивительным образом это понятие подхватили, и сейчас БРИК уже вышел за рамки чисто экономические, тем более что экономически страны развиваются совсем по-разному. Скажем, Россия, к сожалению, ну, по экономической динамике явно уступает трем другим буквам, но БРИК приобрел политическое значение (significação político), то есть это те страны, которые вне Западного мира имеют потенциал увеличения своего влияния на мировые дела. И Бразилия среди них абсолютно органично смотрится (parece organicamente).
Только что в Бразилии прошли выборы. Лула, как и положено в соответствии с Конституцией, после двух сроков ушел, хотя, по всем опросам, если бы он вдруг захотел остаться, то это бы поддержали подавляющее число населения, потому что он безумно популярен (loucamente popular). Но поскольку в Бразилии случилась демократия, и она быстро, так сказать, устоялась, об этом даже речи не идет (isso está mesmo fora de questão). Но зато он выдвинул своего, так сказать, кандидата, которая, как предполагается, будет продолжать его политику. Конечно, даже в этом случае ожидать, что новый президент станет столь же ярким, как два предыдущих... Все согласны с тем, что вот эта эпоха двух президентов с начала девяностых до конца двухтысячных - она была совершенно экстраординарной бразильской историей. Таких людей, по-своему ярко окрашенных, наверное, в обозримом будущем не будет.
Но тем не менее Бразилия не теряет вот этих перспектив экономических, а самое главное - политических.
В этом году случилось любопытное событие, когда весной на пике обсуждения иранской проблемы было как-то неясно: пройдут санкции, не пройдут санкции, Россия колебалась, Китай колебался - и тут вдруг как черт из табакерки, не побоюсь этого слова, выскочили президент Бразилии и премьер-министр Турции, которые сказали: "А вот мы и решим эту проблему". И объявили о том, что они договорились с иранским президентом о схеме... там... обогащения... вывоза урана на обогащение и возврата... Ну, это с самого начала выглядело как чистой воды (puro), в общем, политический пиар, потому что они договорились, но кто будет это обогащать, было непонятно. Но все несколько удивились, потому что в такой роли ни Бразилия, ни Турция раньше не выступали.
И это стало очень ярким свидетельством того, как меняется мировая политика. Выдвигаются страны - ну да, страны важные, но никогда никто не считал вот равными самым крупным державам, а сейчас они начинают просто пытаться вести свою игру - не всегда удачно, но весьма самонадеянно, я бы сказал. И это, скорее всего, будет продолжаться, по мере того как (à medida que) крупные державы, наоборот, утрачивают, что ли, вот, способность оказывать решающее влияние (ter uma influência decisiva) на процессы.
Кроме того, конечно, всеобщее внимание уже несколько лет приковано к Латинской Америке как региону, и в этом регионе Бразилия вне конкуренции (fora de competição), потому что это самая большая, самая богатая, потенциально самая перспективная страна.
Там складываются достаточно разные отношения. Например, большой друг России Уго Чавес, который претендует тоже на лидерство в Латинской Америке, - в Бразилии его воспринимают, ну, мягко говоря, так, сдержанно, потому что бразильцы - люди серьезные, они вот не очень понимают, а что он собственно, хочет своей лихорадочной активностью добиться. Но при этом антагонизма тоже нет, то есть они понимают, что Латинская Америка - сложный регион, Бразилия - в отличие от всех остальных страна португалоязычная, она несколько отличается.
Я думаю, что с неизбежностью Бразилия будет во всё большей степени выдвигаться как лидер этого региона, хотят ли другие того или нет. И из этого вытекает один простой вывод для России: что Бразилия - это важнейший партнер. Это важнейший партнер региональный. С Чавесом мы можем дружить сколько угодно (o quanto quiser), но всё равно Бразилия - это намного серьезнее.
Второе: Бразилия становится партнером глобальным, потому что эта страна будет увеличивать свое участие в мировых делах.
И третье, как ни странно, хотя, может быть, это и нормально: у нас с Бразилией очень много общего (temos muito em comum). По структуре экономики, по социальной системе, по структуре страны - такой очень разнообразной и неравномерно развитой - мы с Бразилией находимся примерно в одной категории. В Бразилии, например, тоже есть страшная бедность и масса людей живут в нищете. При этом есть супервысокие технологии, например, способные на высшем мировом уровне. Так что я думаю, что и в этом Россия и Бразилия найдут много интересного для дискуссий.
Никакого там формального альянса быть не может просто в силу того, что мы очень далеко друг от друга, но Бразилия - страна уважаемая, респектабельная, перспективная, и упор в развитии контактов в Латинской Америке, я думаю, надо сделать именно на нее".